День шестой
Утро. Солнце светит прямо в окно. Сэфи просыпается в брюках и рубашке. Долго лежит с открытыми глазами. Под щекой у него платье любовницы. Он накрывается им с головой и так лежит неподвижно. Потом медленно стаскивает с головы платье.
Сэфи с платьем в руке подымается на третий этаж.
В середине коридора распахивается дверь номера. Слышны крики. Из двери в коридор вылетают вещи. Джинсы, пиджак, рубашки.
Из номера выскакивает парень. Он еле успевает отдернуть руку — с такой силой за ним захлопывают дверь.
Он идет по коридору в противоположную от Сэфи сторону.
Дверь номера вновь распахивается и оттуда продолжают вышвыривать его вещи. Последней вылетает большая синяя сумка.
Дверь снова захлопывается.
Парень уже в конце коридора. Он оборачивается, что-то крича, и уходит, махнув рукой.
Сэфи подходит к их номеру.
Разглядывает разбросанные вещи. Наклоняется.
Подбирает вещи и складывает их в сумку. Поднимает сумку.
Он не знает, что делать с ней дальше.
Стучит в номер. Ему никто не отвечает.
Он стучит вновь. В ответ он слышит проклятия.
Сэфи еще медлит и топчется перед номером. Потом хватает сумку и, не дождавшись лифта, бежит по лестнице вниз.
Бежит, держа в одной руке сумку, а в другой платье.
Ему навстречу по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, поднимается парень.
Сэфи протягивает ему сумку.
Парень, даже не взглянув на Сэфи, вырывает у него сумку и мчится вниз.
Сэфи бежит за ним. Спускается в холл.
Через окно в холле он видит, как на улице моросит дождь. Парень запрыгивает в порше. Машина рвет с места.
Мимо Сэфи, стоящего в холле с платьем в руках, проносится девушка.
Она выскакивает на улицу. Она бежит следом за машиной. Кричит. Кричит так, что, кажется, стекла не выдержат ее крика.
Порше не останавливается.
Она поскальзывается. Плашмя падает в лужу. Встает на четвереньки. Снова кричит. Наконец, поднимается во весь рост. Грязная вода стекает по ее лицу, рубашке, юбке. Она стоит промокшая с ног до головы, охрипшая от крика. Стоит, протягивая руки к уезжающей машине.
Порше останавливается. Дает задний ход.
Парень выскакивает из машины и бежит к ней.
Уже подбежав к девушке, спотыкается, падает и тянет ее за собой. Они падают в лужу, обнявшись.
И Сэфи видит, как они начинают смеяться.
Хохоча, они выбираются из этой лужи и грязные, мокрые, идут к дверям гостиницы.
Они входят в холл, оставляя за собой влажные следы.
Сэфи так и стоит возле дверей с протянутой рукой, вцепившейся в платье.
Девушка, даже не взглянув на Сэфи, проходя, забирает у него платье и вытирает им лицо парня.
Она стаскивает с себя рубашку, парень снимает футболку и так, вытираясь платьем, как полотенцем, они входят в лифт.
Кто-то сзади наклоняется к Сэфи.
— Завтра последний день — день седьмой.
Сэфи вздрагивает и оборачивается. Позади него стоит француз.
— Завтра кончается тур. Мы едем в Герцлию, — говорит француз.
Сэфи сидит у себя в номере, обняв чемодан.
Птица залетает к нему в окно. Садится на шкаф. Они долго смотрят друг на друга.
Сэфи выходит из номера, оставляя открытой дверь.
Идет с чемоданом через гостиничный холл.
Подходит к дверям гостиницы. Дождь на улице перестал. Возле гостиницы стоит автобус.
Сэфи оглядывается.
Тувья бежит через холл с папкой в руках.
Сэфи выходит из гостиницы.
— Сукин сын! — кричит ему Тувья. — Подлец!
Сэфи старается не оглядываться.
— Подпиши, скотина! — бежит за ним Тувья.
Сэфи садится в автобус.
Женщина с большим ртом, прижавшись к стеклу в гостинице, смотрит на него печальными глазами.
— Провались ты, подонок! — проклинает его Тувья.
Сэфи видит старика с тростью, провожающего его взглядом.
Автобус трогается.
— Подпиши, свинья! Ну, подпиши! — бежит Тувья, задыхаясь, вслед за автобусом.
Сэфи подымает глаза и видит сквозь автобусное стекло силуэты двух обнаженных целующихся людей в окне третьего этажа.
Сэфи едет в автобусе. За окнами ливень. Дождь заливает стекло, дорогу, горы.
Красный открытый порше обгоняет автобус. Он мчится на бешеной скорости. В порше — любовники. Дождь заливает их лица.
Сэфи приникает к стеклу.
Лица влюбленных кажутся мертвыми, зубы их стиснуты, взгляд устремлен вперед.
Порше проносится мимо автобуса.
Сэфи успевает увидеть, как девушка встает во весь рост, распахивает руки и кричит.
Порше исчезает в ливне.
На повороте автобус снижает скорость, объезжая перевернутый порше и остановившиеся возле него машины.
Сэфи вновь прилипает к стеклу. Вскакивает. Он не знает, что делать.
Он бежит к водителю, он что-то кричит, размахивает руками, он требует остановиться.
Он уговаривает, он просит, он угрожает.
Автобус останавливается.
Сэфи выскакивает на дорогу.
Он бежит назад.
Ему навстречу к месту аварии едут полицейская машина и скорая.
Сэфи переходит на шаг. Идет все медленнее. Останавливается. Струи воды текут по его лицу, заливают за шиворот, стекают по телу.
Он стоит один на дороге.
Автобус, ожидающий его, сигналит.
Он поворачивается и, вдруг ощутив всю силу дождя, бредет к автобусу.
Сэфи сидит на площади возле гостиницы в Герцлии под мелким моросящим дождем.
Портье стучит ему сквозь стекло, приглашая войти. Сэфи не слышит. К портье присоединяется администратор, и вместе, через стекло, они пытаются уговорить Сэфи. Тот отрицательно мотает головой.
На площадь въезжает эвакуатор с порше на прицепе. Из кабины эвакуатора спрыгивают влюбленные. У него — перевязана рука, у нее — никаких ушибов.
Они забирают свои вещи из салона порше.
Парень говорит о чем-то с водителем. Тот разворачивается и увозит порше.
Любовники бегут, накрываясь рубашками, к входу в отель. Им навстречу бежит швейцар с зонтиком. Он подхватывает их вещи.
Любовники проходят мимо Сэфи.
У стойки портье парень и девушка забирают ключ.
Сэфи успевает заметить номер — 413.
Сэфи подходит к стойке вслед за ними.
Он протягивает свои документы.
— Пожалуйста, номер 412.
Портье с удивлением смотрит на него.
— Но вам уже забронирован номер.
— Я прошу 412, — настойчиво повторяет Сэфи.
— Я могу проверить, — пожимает плечами портье. — Ну конечно, он занят.
— Тогда 414, — говорит Сэфи.
— Нет, нет, он на ремонте.
— Это не важно. Я хочу 414!
К ним подходит администратор. Он с истинно американской улыбкой, несколько неуместной в Герцлии, пытается погасить разгорающийся конфликт.
— Мы не можем, к сожалению, предоставить вам этот номер. Он еще на ремонте. Тем более что вас ждут гораздо лучшие апартаменты, — ласково говорит он.
— Нет, — отвечает Сэфи и начинает краснеть. — Я хочу этот номер! — Администратор с портье переглядываются.
— Я могу за него заплатить! — говорит Сэфи, и голос его начинает дрожать.
— Но мы не можем взять с вас деньги.
— Я хочу заплатить! — Сэфи срывается на крик.
На него смотрят, как на сумасшедшего. Наконец, администратор сдается.
— Не надо конфликтов. Если вы так настаиваете. Пожалуйста.
Администратор ведет Сэфи в номер. Он забегает вперед и долго возится с ключом.
— Здесь заедает замок, — извиняясь, объясняет он Сэфи.
Наконец, дверь с трудом поддается. Администратор пропускает Сэфи вперед.
Номер представляет собой достаточно убогое зрелище. Из мебели в нем — только стул, стол и узкая кровать. Стена не добелена.
— Его еще не успели отремонтировать, — произносит администратор почти страдальческим тоном.
Он указывает на стенку.
— Вы видите, здесь даже еще нет звукоизоляции.
Стучит по стене.
Сэфи стоит с чемоданом посредине комнаты.
— Только одна перегородка.
— Не важно, — отвечает Сэфи.
— Я прошу прощения. Здесь есть проблемы с мебелью. Номер еще не укомплектован. Нам очень неудобно.
— Не имеет значения, — перебивает его Сэфи, продолжая стоять с чемоданом в руках.
Администратор косится на него и спиной отступает к дверям.
Сэфи и правда выглядит странно. Мокрые волосы прилипли ко лбу. Мокрая рубашка облепила его неатлетическое тело.
— Извините, — произносит администратор в последний раз.
Наконец, он уходит.
Сэфи бросает чемодан на пол. Чемодан раскрывается. Часть вещей аккуратно сложена, часть просто скомкана. Вещи вываливаются на пол.
Весь промокший насквозь, он садится рядом с чемоданом на стул. Медленно стягивает рубашку.
Бросает ее на пол. Берет новую из чемодана. Вытирает ею голову. Спохватывается. Оглядывает номер в поисках полотенца.
И вновь, будто вспомнив что-то, продолжает вытираться рубашкой.
За стеной раздаются голоса. Они становятся все громче. Но слов не разобрать. Даже непонятно, на каком языке говорят за стеной.
Сэфи бросает рубашку и приникает ухом к стене. Это та самая перегородка, лишенная звукоизоляции. За стенкой уже кричат. Слышен звук распахиваемой двери.
Сэфи подбегает к своей двери. Ее замок опять заедает. Он вставляет ключ. После долгой возни замок, наконец, поддается.
Сэфи почти вываливается в коридор.
У двери соседнего номера идет борьба. Парень уже стоит в коридоре. Девушка на пороге вцепилась в его синюю сумку. Он пытается вырвать сумку из ее рук. Никто из них не произносит ни слова.
Они даже не замечают стоящего в трех метрах от них растерянного Сэфи.
Они борются за эту проклятую сумку так, как будто во владении ею заключен смысл жизни. На глазах у обоих слезы.
Наконец, парень рвет сумку к себе. Девушка падает, продолжая цепляться за кожаную ручку. Он тянет сумку на себя. Девушка волочится по полу. Наконец, она отпускает ремень.
Парень поворачивается и уходит.
Она догоняет его и со всей силы плашмя бьет ладонью по спине.
Он поворачивается, и она начинает колотить его своими ладонями. Он пытается схватить ее за руки. Она выкрикивает что-то бессвязное, бессмысленное. Она захлебывается слезами.
Вдруг он, не выдержав всего этого, кричит, кричит как сумасшедший. Это какой-то вопль, который может издать разве что раненое животное.
Он падает на колени и обнимает ее за ноги. Оба они рыдают. Она обнимает его за голову, целует, гладит. Они замирают, всхлипывая.
Сэфи стоит, не в силах оторвать от них взгляда.
Девушка поднимает парня. Он медленно, словно инвалид, поднимается на ноги. Он все еще не может успокоиться. Она гладит его по лицу. Вытирает его слезы. Обнимает его, прижимается и осторожно ведет его в номер.
Дверь за ними захлопывается.
Сэфи долго стоит в коридоре, не в силах двинуться.
Он спускается в холл.
Он выходит на улицу. Темнеет.
Сэфи стоит у входа в гостиницу и пытается надышаться. Он дышит так глубоко, как будто бы ему не хватает всего этого воздуха.
Мимо него в гостиницу проходит пара — женщина с большим задом и тощий, печальный мужчина. Она щиплет его за худосочный бок.
Сэфи стоит, глядя на море. Разворачивается и идет в ресторан.
В ресторане за столиком неподалеку от него сидит та самая пара. Это оперная певица с непомерным задом и маленькими черными усиками. С ней — худой, безрадостный импресарио. Певица во время обеда постоянно пробует голос. Сэфи вздрагивает от каждой ноты.
За дальним столом вполоборота к Сэфи сидят любовники. Перед ними тарелки с нетронутой едой. Лица их напряжены и бледны. Девушка встает из-за столика и направляется к выходу. Парень хватает ее за руку. Он говорит что-то. Она молча мотает головой. Вырывает руку. Уходит. Он снова догоняет ее. Вдруг она хватает его за рукав. Притягивает к себе. Они, застыв, долго смотрят друг на друга в упор. Поворачиваются и, так и не расцепив руки, белые как мел, на негнущихся ногах, выходят из ресторана.
Сэфи застывает с куском мяса на вилке. Он перестает есть. Оборачивается и смотрит вслед уходящим любовникам.
Он сидит еще некоторое время неподвижно. Певица все пробует голос. Но Сэфи больше не вздрагивает.
В ресторан входят три беременные подруги, француз, японцы. Проходят мимо него, не замечая. Вдруг японцы оглядываются, улыбаются Сэфи и щелкают своим фотоаппаратом.
Сэфи вскакивает, словно очнувшись, и быстро идет к выходу из ресторана.
Любовников нигде нет.
Сэфи подбегает к лифту.
Лифт занят. Он остановился на последнем, восемнадцатом этаже.
Сэфи несколько раз нажимает кнопку, а потом в отчаянии бьет по этой проклятой кнопке рукой.
Лифт все стоит на последнем этаже. Наконец, цифры этажей ползут вниз.
Лифт снова останавливается. Теперь уже на восьмом.
Сэфи колотит по кнопке.
Певица и импресарио, остановившиеся у лифта, с недоумением и тревогой следят за Сэфи.
Сэфи в нетерпении притоптывает ногой и тихонечко воет.
Импресарио тянет певицу за руку, подальше от Сэфи. Они проходят мимо него ко входу на лестницу.
Наконец, двери лифта раскрываются. Какие-то люди пытаются выйти. Сэфи, расталкивая их, влетает в кабину. На него возмущенно оглядываются. Он даже не извиняется. Он только жмет и жмет кнопку четвертого этажа.
Сэфи выскакивает из лифта. Быстро идет, почти бежит по коридору. Проходит мимо своего номера.
Стучит в номер любовников. Ему никто не отвечает. Он стучит еще раз, еще. Все сильнее. Просто колотит по двери кулаком.
Импресарио вместе с певицей, появившиеся в коридоре, прижимаются к стенке. На цыпочках они добираются до соседнего с Сэфи номера. Оглядываясь на него, словно мыши, ныряют они к себе в комнату.
Сэфи пробегает мимо них и бросается по лестнице вниз.
Он выбегает на площадь. Прохожих почти нет. Сэфи мечется по тротуару. Любовников нигде нет.
Он перебегает на другую сторону площади. И вдруг на середине ее Сэфи оборачивается и, словно почувствовав нечто, поднимает голову.
На самом верху восемнадцатиэтажного здания гостиницы, на крыше, он видит две замершие фигуры. Они стоят на самом краю. Они держатся за руки. Их силуэты освещены луной.
— Нет! — кричит Сэфи. — Нет!
Он вбегает в гостиницу и несется к лифтам.
Лифт, как всегда, занят.
Сэфи врывается на лестницу и бежит наверх. Он спотыкается, вскрикивает. Падает. Вскакивает, снова бежит.
Бежит изо всех сил. Бежит так, как никогда не бежал в жизни.
Третий этаж, пятый, седьмой. Он задыхается. Его тошнит.
Девятый этаж. Ноги перестают его слушаться.
Тринадцатый. Он бежит, карабкается, ползет, подтягиваясь на перилах.
Остался один этаж. И тут силы покидают его. Он даже не падает, он просто скользит вниз по ступенькам.
Он кричит, воет. На четвереньках доползает он до выхода на крышу.
Выбирается наверх. Качаясь, встает на ноги. Ветер обрушивается на него.
Любовники стоят на самом краю крыши, держась за руки. С трудом они пытаются удержать равновесие. Их качает, они почти теряют равновесие, наклоняются вниз.
— Нет! — кричит Сэфи.
— Нет!! — кричит он, стараясь переорать ветер.
— Нет!!! — кричит он, захлебываясь.
Парень оглядывается. Их обоих шатает. Он теряет равновесие… и падает на крышу, таща за собой девушку.
Медленно они поднимаются на ноги и впервые смотрят на Сэфи.
Между ними метров тридцать.
Вряд ли они видят его лицо, по которому текут слезы.
Пошатываясь, Сэфи выходит из лифта. Держась за стенку, бредет к себе в номер. Вставляет ключ. Замок заедает. Он никак не может его открыть. Наконец, ему удается распахнуть дверь.
Он входит в номер и падает на кровать.
Он открывает глаза. На улице темно. Из номера любовников раздаются стоны.
Сэфи лежит с открытыми глазами.
Из соседнего номера, с другой стороны, слышно оперное пение.
Сэфи встает с кровати. Подходит к окну. Распахивает его.
Он залезает на подоконник. Его прошибает пот.
Он смотрит вниз и закрывает глаза.
Он вылезает на балкон своего номера. Это не сложно, но для Сэфи это целая операция. Он никогда в жизни не проделывал ничего подобного. Преодолев подоконник, он, словно альпинист, наконец, делает шаг на свой балкон.
Стоны становятся все слышнее. Оперное пение все громче.
Балкон расположен на углу здания. Сэфи подвигается к его левому краю. Но как он ни старается, ему не удается разглядеть происходящего в номере любовников.
Он пытается вылезти за угол. Но это невозможно.
Он делает шаг обратно, чтобы вернуться в комнату. Взгляд его падает на окно справа.
За окном оперная дива, простирая вверх руки и оседлав своим чудовищным задом худые волосатые ноги несчастного импресарио, поет арию Эсмеральды.
Ее пение смешивается со стонами девушки.
Сэфи влезает в собственное окно.
Он стоит посредине комнаты.
Стоны все громче. Перегородка в его номере сотрясается. Видимо, их кровать стоит у этой стены.
Замерев, Сэфи слушает ритмичные удары о перегородку.
Сэфи хватает свою кровать и тащит ее через всю комнату.
Он ставит ее возле их стенки.
Ложится.
Он чувствует на себе эти удары и вибрацию перегородки. Его кровать начинает сотрясаться в такт их движениям.
Он раздевается. Он лежит на спине. Он лежит голый.
За стенкой кричат.
Он лежит, раскрыв руки, как будто бы готовясь взлететь.
Как будто бы он уже летит.
За стеной наступает тишина.
Он не спит всю ночь. Он лежит с открытыми глазами.
