Этнос тысячелетий. Универсализм
Народ отдельный
Сказано в Торе:
«И будешь ты мне народом отдельным».
Несколько важнейших событий в концептуальной истории еврейского народа сделали его «народом отдельным». Это, конечно же, в первую очередь само его «искусственное» возникновение и его необычайный Контракт, который более подробно мы обсуждали выше. Еще одно из ряда таких кардинальных, выдающихся явлений — рождение и судьба Исаака, первого из народа, обещанного Всевышним Аврааму.
Принесение в жертву первенца в то время являлось событием не просто актуальным, но ритуалом чрезвычайной значимости. Для окружающих народов человеческое жертвоприношение было действом узаконенным, культовым и сакральным. Бог останавливает занесенную с ножом руку Авраама и таким образом разрушает известный миропорядок. Общепринятое и естественное для всех священнодействие ныне — отторгнуто. Народ, идущий от Авраама, не убивает своих сыновей. Народ этот опять становится «не как все».
Еще одно событие, навсегда отделившее евреев от окружающих этносов – это, безусловно, получение нового духовного знания или Учения. То, что в традиции именуется «Дарованием Торы».
Люди, пришедшие к горе Синай, в отличие от других народов, были, по существу, поставлены перед жесточайшей дилеммой – либо резонанс с Бесконечностью, либо – крах. Если не физический, то духовный, идейный. Только резонанс с Бесконечностью и давал им возможность, выжив, стать евреями. И в этом смысле Союз был вновь подтвержден – Бог избрал их, и они вновь выбрали Бога. И как бы не стремились впоследствии (вплоть и до наших дней) евреи стать такими «как все», единожды приняв Тору и подтвердив свой мета-союз с Эйн Соф, они, вернее многие из них, несмотря на все предпринимаемые в эту сторону усилия, «стать как все» не могут. Вернее, могут, но только те из них, что перестают быть евреями и растворяются в окружающих их народах (и то данное замечание справедливо скорее для их потомков, чем для самих буквальных или духовных выкрестов).
Но как сказано в Торе, народ этот «живет отдельно и между народами не числится». Быть может, следует здесь добавить, что и окружающие народы, в подавляющем своем большинстве, не склонны считать еврейский народ «одним из…». Тысячелетиями неугасающий антисемитизм, в каких бы формах он не выступал, достаточно красноречиво свидетельствует об этом. Ведь, как справедливо замечает рав Адин Штайнзальц:
«Весь список социальных, политических, экономических и психологических причин антисемитизма никогда еще не смог объяснить его воистину инфернальный характер».
Возможно неслучайно, что именно в те моменты, когда часть еврейского народа пытается отказаться от своего еврейства, антисемитизм латентный, приобретает форму открытую, демонстративную, каннибальскую. Как будто бы антисемиты из окружающих народов со всей присущей им ненавистью, не осознавая того, напоминают евреям об этом их избранничестве. И в этом смысле, антисемитизм, наверное, можно рассматривать, как последний довод Всевышнего.
АПРОПО
Как писал польский поэт Константин Зеленский: «Поляки никогда не выступали против евреев «потому, что они – евреи», но только потому, что евреи были грязными, жадными, лживыми, потому что они носили пейсы, говорили на идиш, не хотели ассимилироваться, — а также потому, что они ассимилировались, прекращали говорить на идиш, сбривали пейсы, хорошо одевались и хотели казаться поляками. Потому что они были некультурными или потому, что они были слишком образованными. Потому что они были религиозными, отсталыми и полными предрассудков. Или потому, что они были очень уж способными, прогрессивными и амбициозными. Потому, что у них были длинные, кривые носы, и потому, что их иногда трудно отличить от «истинных поляков». Потому, что они распяли Христа, совершали ритуальные убийства и бдели над своим Талмудом, и потому, что презирали собственную религию и были безбожниками… Потому, что они были банкирами и капиталистами, и потому, что коммунистами и агитаторами. Но никогда – потому что они были евреями».