© Йонатан Видгоп | Художник А. Горенштейн

«Ешь — подрастёшь!» — убеждала она его

Грендила

1. Внезапная страсть

Как-то тощий Ицик стоял в очереди за жирным гусем и, услышав за спиной мерный гул паровой машины, обернулся. Позади себя он увидел огромную женщину, и шум этот производило ее бурное дыхание. Во все глаза она смотрела на Ицика и, наконец, протянула ему исполинскую руку.

— Грендила, — представилась она громовым голосом.

— Ицик, — сказал Ицик тихо.

— Прогуляемся? — спросила она.

— Прогуляемся, — завороженно глядя на нее, ответил Ицик, забыв о гусе.

— Ты где живешь? — спросила Грендила.

— За углом, — робко ответил Ицик.

— Пошли, — сказала женщина.

— Пошли, — сказал Ицик и привел ее домой.

Грендила была большой женщиной. Очень большой. Такие женщины встречаются редко. Пока они шли домой, субтильный Ицик мечтал забраться на нее, словно на гору. Когда-то, будучи девушкой, она записалась в секцию баскетбола, но задела плечом по щиту, и тот рухнул вместе с кольцом. Когда она вошла к Ицику в квартиру, ей пришлось передвигаться согнувшись, а иногда и вставать на четвереньки, потому что двухметровые потолки мешали ей выпрямиться.

Долго разглядывая худосочного Ицика, она так разгорячилась, что с размаху прыгнула на его кровать, ножки которой, хоть и были сделаны из мореного дуба, тут же подогнулись, половицы заскрипели, и женщина вместе с кроватью провалилась сквозь пол. Раздался страшный грохот, и кровать рухнула в квартиру соседа снизу. Ицик, как настоящий джентльмен, прыгнул за ней, пытаясь на лету поймать свою избранницу. И, действительно, ему удалось схватить ее за пятку, которая и увлекла его за собой. Они оказались вдвоем на рухнувшей вниз кровати.

2. Измена

Сигизмунд, сосед снизу, маленький человек с большой лысой головой, был еще худее Ицика и в полтора раза ниже его. Когда Грендила, пробив потолок, упала к нему вместе с кроватью, от неожиданности он даже выронил калькулятор. Огромная женщина, завидев его, вскрикнула от неожиданности. Сердце ее пронзило словно стрелой. Она не видела таких маленьких людей и влюбилась в него с первого взгляда. В следующее мгновение Грендила большими шагами подошла к Сигизмунду, нагнулась над ним и затрепетала.

Ицик, заподозрив неладное, попытался вклиниться между ними, но она лишь слегка подвинула его могучей рукой, и Ицик, вылетев в открытое окно, приземлился в кузов грузовика, перевозившего мебель. Ицик упал прямо на диван. Грузовик завез его в злачный район автовокзала. Машина остановилась у двери с вывеской «Массажный кабинет».

Каждый живущий в Израиле знает, что в стране нет публичных домов и проституток. В стране есть только массажные кабинеты и массажистки. Когда Ицика внесли вместе с диваном, хозяин встретил его радостным возгласом: «А вот и первый клиент!». Он бросился обнимать Ицика и сообщил об открытии нового массажного кабинета.

— Что ж, — закричал радостный пухлый хозяин, — Первому клиенту — обслуживание бесплатно!

В этот момент, как по сигналу, из всех дверей выскочили 23 массажистки, схватили Ицика, бросили на большую кровать и начали делать ему генитальный массаж. Через 8 часов он запросил пощады. Либидо его было истощено.

Но пощады ему было уже не видать. И хотя Ицик кричал, что дома остались мама, Вадя и Неучитель, массажистки были глухи к его мольбам.

Через 36 часов санитары сняли Ицика с люстры, на которую он залез, спасаясь от массажисток, положили на носилки и отвезли в ближайшую больницу. Пролежав там 18 дней и набравшись сил, Ицик сбежал из клиники и отправился к Сигизмунду.

3. Ревность

Беглый больной Ицик еще на лестнице своего дома услышал чей-то гомерический хохот. Стены подъезда сотрясались. На цыпочках подкравшись к квартире соседа, он прильнул к замочной скважине. Увиденное поразило его в самое сердце. Большая женщина держала на вытянутой руке гроздь винограда, а Сигизмунд, подпрыгивая изо всех сил, пытался дотянуться до нее рукой. Но так как макушка Сигизмунда доходила лишь до лобка Грендилы, то и достать виноград он никак не мог. Каждый его прыжок приводил к взрыву гомерического хохота. От него содрогались стены и из шкафа выпадала посуда. Наконец, большая женщина подхватила соседа и подкинула вверх.

— Ты должен тренироваться, — сказала она, — ты должен быть настоящим мужчиной, способным меня защитить.

Она произносила это, ловя маленького Сигизмунда у самого пола. В конце концов она поставила его на пол и сказала:

— Ну, пойдем в магазин, покормим тебя чем-нибудь.

Ицик спрятался под лестницей. Положив соседа на плечо, Грендила спустилась вниз. Все то время, пока они не вернулись, Ицик просидел под лестницей, подвывая от ревности. Теперь он вновь бросился к замочной скважине. Он увидел, как Грендила достала из сумки клизму. Порвав ее, она натянула клизму на трехлитровую банку. После чего положила маленького соседа на одну руку, в другую взяла эту импровизированную соску и стала поить его молоком.

Сосед сопротивлялся как мог. Наконец Сигизмунд, поняв, что борьба бессмысленна, зачавкал и заурчал. После литра выпитого, стало видно, что Сигизмунд сдает. Но Грендила не отступала:

— Пей, будешь сильным, — убеждала она его, — Пей — подрастешь!

Несчастный сосед, захлебываясь, ужом выворачивался из ее крепких рук. Наконец, решив, что выпитого достаточно для здоровья, она положила соседа на подушку и вышла на кухню. Сигизмунд, воровато оглядываясь, сполз с подушки и забился под кровать.

Из кухни Грендила вернулась с огромной кастрюлей каши. Она ласково вытащила его за шкирку.

— Э-гей, — сказала она наставительно, — не прячься, я тебя найду.

После чего взяла поварешку, зачерпнула ею кашу и начала кормить возлюбленного. Сигизмунд плакал и жалобно пищал.

В результате сосед, перемазанный кашей с ног до головы, был утерт полотенцем, укутан в одеяло и уложен в постель.

— Лежи, — сказала женщина. — Совсем хлеба не осталось. Схожу куплю, — проговорила она озабоченно, дожевывая третий багет.

Ицик не успел отскочить от двери, Грендила распахнула ее, и от сильного удара в лоб он скатился по лестнице. Очнулся Ицик от грохота. Это Грендила тяжелой поступью шла по ступенькам.

— Ицик, — волнуясь и шумно дыша, спросила она, заметив его на полу, — что это с тобой? Зачем ты здесь лег?

Единственное, что смог выговорить Ицик, было:

— Коварная изменщица!

Большая женщина утерла ему слезы, взяла подмышку, поднялась в его квартиру и, нежно донесла до спальни с проломленным полом. Потом положила Ицика на стоявший в углу диван и укутала пледом.

— Ну вот, — сказала она, вздыхая, — теперь вас у меня двое…

С тех пор Грендила поселилась у Сигизмунда, но каждый вечер приходила и укладывала Ицика спать.