Ицик и Сигизмунд

Когда Ицику, чтобы наконец отделаться от него, присвоили звание Ученого всех наук, он начал получать такое большое жалование, что его мрачный маленький сосед Сигизмунд не смог этого вынести и повесился от зависти.

Правда, его вовремя вынули из петли. Но это ничего не изменило. Ужасна была судьба соседа. Он не спал по ночам — он завидовал Ицику.

Сигизмунд был истинным мизантропом. Мало того, что ему не нравились люди, ему не нравились еще животные и растения. Но особенно — Ицик. Он поджидал его в подъезде, подскакивал к нему и, пугая, допрашивал, сколько тот заработал сегодня. Наивный Ицик называл непереносимую для соседа сумму. Сигизмунд завывал, кусал губы, бежал домой, и еще долго оттуда доносились его всхлипывания, стоны и крики бешенства.

В очередной раз Ицик наткнулся на Сигизмунда, когда тот решил жениться. Но вовремя опомнился, решив, что жена будет слишком много есть и еще кого-нибудь родит!

— Так-так, — заинтересовался проходящий мимо Вадя, — почем нынче младенцы?

Сигизмунд немедленно достал походный калькулятор и долго шевелил губами. После чего в ужасе подытожил: «В две тысячи обойдется!» и горько зарыдал.

Сам сосед экономил не только каждый шекель, но и каждый свой вздох. Поэтому дышалось ему тяжело, как и жилось. Сигизмунд ходил пешком на работу двадцать шесть километров, чтобы не тратить деньги на общественный транспорт. За едой он отправлялся в маленькую, зачуханную лавку, которая находилась в двух днях пути от дома, где продавалась колбаса с чудным зеленым отливом и селедка засола 1924 года. Однажды, после долгих уговоров, Ицик решил, наконец, пойти туда вместе с ним. Когда он, поспешая за Сигизмундом, еле дополз до лавки и протянул руку, чтобы попросить колбасу чуть менее зеленоватого оттенка, чем ее товарки, сосед воззрился на него ненавидящим взглядом. «Да Вы просто транжира!», — завизжал Сигизмунд.