ПЛАН

Вчера на голову моего соседа, бодро шагавшего к парку, что напротив нашего дома, спикировал сумасшедший голубь. Сосед от неожиданности споткнулся, упал, ударился лбом о камень валявшийся на дороге и тут же умер. Можете ли вы это себе представить? Странная, неуместная смерть. Голубь-камикадзе. Правильно ли говорят индусы: «Голубь не более добродетелен, чем тигр, он бы и хотел, да не может согрешить по тигриному»? Этот смог.

Теперь многие из нас обходят это место стороной, вдруг еще одна безумная птица войдет в пике. Но вчера на собрании жильцов нашего дома мнения разделились. Одни утверждали, что место убийства надо обнести ограждением, а другие, наоборот, уверяли, что это глупость — от судьбы не уйдешь. Этот спор разделил нас. Все так кричали, что дошло до скандала. Сторонников ограды окрестили трусами, а те в ответ обзывали спорщиков фаталистами. Тем не менее в конце собрания все пришли к компромиссу, и решили пригласить к нам ученого математика.

Ученый приехал через неделю, в волосах у него был пух от подушки, а из кармана торчала логарифмическая линейка. Он что-то долго бормотал себе под нос, писал карандашом в маленьком блокноте, после чего огласил приговор — вероятность падения птицы в то же место маловероятна. Фаталисты зааплодировали. На радостях они сжалились над противником и согласились поставить на месте убийства памятник. Любители оград чуть не прослезились от благодарности. Ученый при выходе зацепился штаниной за гвоздь, порвал брючину и вспомнил то, что не договорил. Печально рассматривая дырку, он засунул в нее палец и упавшим голосом произнес: «Падение птицы на любое другое место — гораздо вероятней».

Он застал нас врасплох. Уже приготовившись выразить ему свою признательность, некоторые из нас так и застыли с открытым ртом. Ведь теперь получалось, что нам вообще нельзя выйти на улицы — вдруг безумные птицы только и ждут этого. Так мы промучились еще месяц. Самые смелые из нас высовывали из дома любопытный нос — не атакуют ли птицы? Но никто так и не осмелился выйти.

Наконец, сама судьба послала нам мудреца. Прихрамывая, он тащился мимо нашего дома с молитвенником подмышкой. Мы еле уговорили его завернуть к нам. Почти затащили его насильно.

«Ну скажи, — закричали мы в нетерпении, — неужели птицы могут пикировать куда и когда захотят?!»

«Конечно же нет. Что за глупость, — почесав бороду, ответил мудрец. — Сказано же — Бог не играет в кости. Все подчинено его Плану.»

Прошло много дней. Наши дети выросли, а старики успели уже умереть. Наша входная дверь заколочена. Мы не выходим из дома. Мы хотим разгадать Божественный План.