Мир без Бога. 1

«Выбирайте», — повторил стеклодув, глядя на меня в упор. Он протянул ко мне руку.

Я отшатнулся.

«Ну что же Вы?» — пробурчал Мисугайнер.

«Давайте уже!» — в нетерпении вскричал Дрюн.

Больше всего в этот момент мне захотелось исчезнуть. Я взглянул на шкаф. Тысячи линз ожидали меня. Я не мог взять ни одной. Страх или беспомощность не давали мне сделать это. Я даже шагнул по направлению к шкафу, но линзы сверкнули и тысячекратным блеском на миг ослепили меня. Инстинктивно отступил я назад.

«Ну, берите!» — закричал Дрюн.

Я посмотрел на свои руки. Мне показалось, что пальцы мои дрожат. «Как же я возьму их, мне не удержать», — мелькнуло у меня в голове. Я поднял голову. Мисугайнер потупил взгляд, а Дрюн, похоже, уже готов был растерзать меня. Один только стекольщик как будто не проявлял ко мне особого интереса. Он лишь усмехнулся, наблюдая за мной. Толпа за окном шумела, не переставая.

«У Вас есть черный ход?» — неожиданно для самого себя спросил я старика. Он покачал головой, засмеялся и подмигнул мне.

«За шкафом», — сказал он и указал на узкий проход у стены.

«Что?! — закричал Дрюн, — Какой ход?!»

Я сделал несколько шагов вперед и, открыв в проходе узкую дверь, с трудом протиснулся в нее.

«Трус!» — крикнул Дрюн мне вдогонку и, сорвав с головы шляпу, кинул ею в меня. Последнее, что я увидел, был печальный взгляд Мисугайнера и расплывшееся в насмешливой улыбке лицо стекольщика.

Я долго дворами пробирался домой. Я боялся наткнуться на кого-нибудь из взвинченных воинственных жителей. Мне повезло: меня никто не заметил. Стараясь не шуметь, я поднялся к себе наверх, в мансарду… Я не знал, что меня ждет теперь. Толпа, оставшаяся возле дома стекольщика, быстро поймет, что я обманул ее ожидания. Что предпримут разгоряченные обыватели? Страх загнал меня в самый угол комнаты. Я уселся на стул, чтобы быть подальше от окна: так они меня не заметят. Конечно, наивно было думать об этом — они легко могли подняться ко мне домой. Ужасно ожидание, когда страх душит тебя.

И вот, удивительно — треволнения мои оказались напрасны. Как я понял из разговоров соседей, хотя господин Дрюн и побуждал толпу найти меня и призвать к ответу, его не послушали. Видимо, жители так много пережили за последние дни, так устали от надежд и разочарований, что, раздосадованные и удрученные, просто разбрелись по домам. Наверное, теперь им было уже не до новых взглядов.

В конце концов, я все же решился выйти из дома. Ну не распнут же они меня на месте! Осторожно прошел я по нашей улице. Прохожих было немного. На меня не обращали внимания. Я несколько успокоился. В сквере, на углу я увидел Цигельбока. Он о чем-то разглагольствовал перед несколькими зазевавшимися прохожими. Заметив, он окликнул меня. Я занервничал, не зная, чего от него ожидать. Но на этот раз он выглядел вполне дружелюбно. Тем не менее приблизился я несколько настороженно.

«Интересно, как выглядит Бог?» — глядя на меня, притворно задумчиво произнес Цигельбок.

«Вы уже спрашивали», — чтобы побыстрее отделаться от него, ответил я.

«А Вы видели Бога?» — заинтересовался стоящий рядом лопоухий недоросль.

«Нет», — ответил Цигельбок

«И я нет», — недоросль почесал свое оттопыренное ухо.

«Но! Возможно, он похож на меня», — хвастливо заявил Цигельбок.

«Какой ужас!» — воскликнула пожилая матрона, проходившая мимо.

«У вас что, проблем мало? Зачем вам еще этот Бог! — встрял сидевший на скамейке бородатый инвалид с костылём. — У нас линз нет, а вы про Бога!»

«Эх, ни линз, ни Бога!» — вздохнул слушавший эту беседу тщедушный старичок.

«Нету Бога! Нету Бога!» — шатаясь, с отчаянием воскликнул подошедший Икутиэль.

Я вовремя отошел от них. В сквере началась бурная дискуссия. С другой стороны улицы я увидел, как инвалид так распалился, что даже костылем замахнулся на Цигельбока. Видимо, он доказывал, что линзы важнее Бога. Я поспешил домой.

Возле моего подъезда стояли Бром и моя хозяйка Фрекеншток. Проходя мимо них, я услышал обрывок разговора.

«А нет ли во всем этом какого-нибудь заговора? — задумчиво размышлял Бром. — Судите сами, что бы не происходило, какие линзы мы бы не одели, а всё — братоубийственные войны. Кому это выгодно?»

Фрекеншток напряглась и, недолго думая, выпалила: «Наверное, темным силам!»

«Да, но где они? Где их искать?» — озабоченно спросил ее Бром.

«Посмотрите под скамейкой», — не удержавшись, съязвил я, хлопнув перед их носом дверью.