Печора

Беженец местечка Печоры Лившиц

Погром в Печоре произошел 12 июня 1919 г. в 5 часов утра. В Печору вошла банда Соколовского в 500 человек, вооруженных до зубов.

Дмитрий Соколовский – уроженец села Горбылев, в 19 верстах от Радомысля, школьный учитель, сын дьякона того же села.

Немедленно по приезде начался грабеж и через час убийства. Местный священник отправился в штаб банды и молил прекратить резню.

Почти все женщины от 13-ти лет изнасилованы бандитами. Насиловали детей на глазах родителей, некоторых затем убивали. Насиловали на улице на глазах хихикавших зрителей.

Одна женщина, муж которой в Америке, узнав через 5 месяцев о своей беременности, сошла с ума. Один из пострадавших от погрома, студент Ефим Израилевич Коган, оставшийся случайно в живых, отравился мышьяком. Его спасли в местной больнице. Через 6 месяцев он снова отравился, не будучи в состоянии перенести ужасы виденного им погрома.

Если б земля разверзлась и поглотила все наше местечко, это было б меньшим ужасом, чем происшедшее там. Люди, люди, которые когда-то были маленькими детьми, люди, тысячи раз бывавшие в церквях и произносившие «Отче наш, Иже еси на небесех», – эти люди спокойно, не спеша, заходили в дома евреев и резали их без разбору: младенцев, женщин и стариков. Они жалели пуль и, ради экономии, пользовались саблями, кинжалами и прикладами. Душили, насиловали, распарывали животы, поднимали младенцев на штыки, разбивали их о камни, выкалывали глаза.

Это делалось спокойно, просто, бесстрастно. Это спокойствие передалось даже мне, очевидцу всего происходившего. Я знал, что очередь дойдет и до меня, что меня и мою семью также зарежут; и когда на моих глазах стали избивать моего любимого тестя, 80-летнего старика, я попросил начать с меня.

И лишь тогда, когда я, каким-то чудом оставшийся в живых, прошелся по местечку и увидел стены, обрызганные мозгами, 180 трупов изуродованных моих дорогих и близких; свиней, жадно смакующих внутренности моих братьев; валявшиеся, разбросанные руки и ноги, отрубленную ручку 4-летней девочки Суры Гольденберг – подруги моей дочки, – я не выдержал: потерял спокойствие и заплакал. Я рычал, как раненый зверь…

Показания девушки 16-летней X. Шафир

Крик ужаса вырвался из наших уст, как один голос. Перед нами стояли человек двадцать с голыми саблями, и с криком «Жиды, где ваш Бог?» бросились избивать, терзать и мучить нас.

Я и моя подруга выбрались из комнаты на заднее крыльцо, полагаясь на произвол судьбы. Вслед за нами вышли двое, и перед нами предстали 2 зверя с глазами, налитыми кровью. Меня они приняли за русскую прислугу, и я, желая подтвердить ихнее заблуждение, крестилась и читала «Отче Наш».

Подругу мою они звали с собой. Долго она молила их о пощаде: «Добродії, у вас матери, жены, пощадите меня ради них». Но они были неумолимы. «Убейте меня, но я не пойду с вами», – раздались несколько револьверных выстрелов, и, когда я очнулась после обморока, возле меня сидела моя подруга, нагнувшись, с полуоткрытыми глазами, и если б не струйка крови из ее шеи, можно было подумать, что она присела отдохнуть.

Показания 13-летнего мальчика Исаака Ленциера, потерявшего во время погрома дедушку, бабушку, отца, мать, трех сестер и одного братика полугода

…Мать побежала через заднюю калитку на дорогу и начала кричать, а отец, который был мелко ранен в плечо саблей, тоже хотел бежать за ней, но бандит уже настиг его и поднял саблю, но отец выхватил саблю, ранил себя и этого бандита и бросил ее, а сам, уж не зная, что с ним делается, побежал уже не в ту сторону, куда он направился, а в обратную, которая вела в сад, перелез через забор и убежал дальше.

Бандит же с минуту стоял и смотрел на раненую руку, а потом, как бы очнувшись, поднял саблю и еще с большей яростью побежал за матерью, которая все еще кричала на дороге и не могла уходить, потому что каждый раз падала на землю. Печорские крестьяне, бывшие в таких хороших отношениях с моим отцом, стояли напротив и любовались этим зрелищем, как бандит ударял саблей по голове моей матери, пока она не упала, вся окровавленная, разрубленная саблей этого бандита.

…Убили же отца и мать из-за нашего хозяина, который хотел забрать все добро нашего дома. Я же теперь с своей стороны клянусь отомстить этому убийце, так как следует отомстить убийце отца и матери.

На другой день после совершившегося погрома в Печоре оставшиеся в живых евреи решили отдать последний долг своим невинно погибшим братьям, предав их земле. Много трупов были страшно изуродованы. Многих нельзя было узнать, так как свиньи разгрызли их. Крестьяне хвастались, что их свиньи дадут много жиру, так как сыто наелись еврейского мяса.