Вадя и шайтан

1. Охотник

Проходя как-то мимо парка Аяркон в Тель-Авиве, Вадя почуял вдруг нечто знакомое. Ностальгия захлестнула его. Он стал оглядываться, ища причину, и с изумлением обнаружил, что прямо перед ним целая семья беззаботных выдр валяется на берегу пруда. Вадя даже подпрыгнул от волнения. Мало кто знал в Израиле, что на реке Малой Тунгусске Вадя слыл знаменитым ловцом выдр.

Он ощутил в себе дух охоты. Пригнувшись, начал он обходить пруд с подветренной стороны. Отдыхающие вокруг евреи с удивлением смотрели на него. Даже дети перестали играть, пока Вадя медленно подкрадывался к своим жертвам.

Надо заметить, что выдры, выросшие в Тель-Авиве и оккупировавшие местный пруд, не обращали на Вадю никакого внимания. Они давно уже не реагировали на людей, если только у тех не было с собой еды. Но Вадя не знал об этом. Выдры, заметив столь странное поведение человека, забеспокоились и удивленно уставились на него. Тогда Вадя осторожно, как истинный охотник, ступая с пятки на носок, обогнул пруд и добрался до противоположного берега. Выдры потеряли его из вида. Он быстро разделся догола, как привык это делать на родной реке, набрал полные легкие воздуха, тихо, без всплеска нырнул в пруд и медленно стал продвигаться по его дну. Как опытной зверобой, он знал, что надо быть осторожным, дабы не спугнуть дичь.

Легкомысленные выдры в это время валялись на спине, раскинув все четыре лапы, и совершенно игнорируя приближение грозного противника. Вадя поднял голову из воды, и ее тень накрыла зверьков. Вадя замер. Его таежные выдры после такой ошибки умчались бы за километр, но эти всем своим видом показывали полное пренебрежение к его персоне. Тогда Вадя с диким воплем выпрыгнул из воды и в одном прыжке схватил сразу трех выдр — двух он схватил руками, а в одну вцепился зубами. Он завыл и начал свой победный охотничий танец, крепко сжав челюсти и потрясая несчастными животными.

Все вокруг закричали. Местные евреи никогда не видали такого зрелища. Люди так кричали, что Вадя испугался и решил, что охотники-конкуренты хотят отобрать у него добычу. Он подскочил на месте и помчался по парку, не разжимая рук и зубов.

В это время уже вызванная кем-то полиция начала преследовать его. Парк оцепили и выставили заграждения. Они напомнили ему красные флажки, которые когда-то он сам выставлял для загона волков. Как наивна была полиция: Вадя-то знал, что он не волк. Он перепрыгивал через заграждения, словно чемпион по бегу с препятствиями.

2. Дичь

Облава на Вадю началась по всему Тель-Авиву, машины с сиренами неслись как сумасшедшие. Охотник сам превратился в дичь. Полиция по радио передала сообщение, что по городу бегает голый мужчина с тремя выдрами в зубах. Конечно, это была дезинформация: в зубах у Вади была только одна выдра. Но население Тель-Авива уже готовилось, вооружившись кто чем, выйти на улицы и принять участие в облаве.

От рева полицейских сирен, которых он никогда в своей жизни не слышал, от криков прохожих и лая сорвавшихся с поводков собак, Вадя с безумной скоростью мчался по Тель-Авиву. Он то проскакивал перед носом машин, то шел на таран, прорываясь сквозь них, как сквозь стадо оленей. А на одну машину ему даже удалось запрыгнуть, словно оседлав спину оленьего вожака.

Наконец, обессилившая полиция вызвала работников зооцентра «Сафари». Вооруженные ружьями с сонными капсулами, 123 сотрудника встали в шеренгу на пути Вади. Эту группу охотников в белых халатах Вадя заметил издалека. Но он не собирался расстаться с добычей, он мчался прямо на них. Главный ветеринар скомандовал: «Пли!» и 123 ампулы вонзились в голое Вадино тело. Вадя вскрикнул, щелкнул зубами, распахнул руки, выдра вылетела у него из рта, а две ее подружки, поджав хвосты, умчались в сторону парка. Вадя рухнул, пронзенный ампулами.

Распростертый Вадя валялся на тротуаре. Сначала ветеринары хотели отдать его патологоанатомам, чтобы те увезли бездыханное тело в анатомическую лабораторию. Но постепенно могучий таежный организм взял свое. Вадя сел, забормотал что-то на тунгусском языке и, дико оглядываясь, стал отступать от ветеринаров. Врачи, не поверив своим глазам, двинулись в атаку. Тогда Вадя в отчаянии, словно дикий загнанный зверь, бросился на них, кусаясь и лягая. Подъехавшие патологоанатомы поняли, что им здесь делать нечего, разве что подождать немного и забрать тела ветврачей.

Но ветеринары не думали сдаваться: всей кучей они набросились на Вадю, сбили его с ног и, завалив, уселись на него верхом. Несколько ветврачей из австралийских евреев, специалистов по ловле крокодилов, вмиг натянули на него большой намордник. На шею ему напялили строгий металлический ошейник, оставшийся от покойного носорога, и пристегнули к цепи. Наконец, Вадю запихали в грузовик, привязав его канатами к бортам и на всякий случай окольцевав.

Всю дорогу Вадя пытался вырваться из оков. Когда его, наконец, привезли в «Сафари» и втолкнули в клетку, Вадя обезумел. Рык его был страшен. Он метался по клетке и львы, слоны и тигры застыли в ужасе от Вадиного рева. Он леденил душу приматов. Вадя схватился за решетки, почувствовал в себе прабабушкину силу и начал их разгибать. Звери в панике забились по углам клеток, персонал «Сафари» начал эвакуацию. Вадя рычал и бесновался. Громоподобный рык его разносился по городу. Тель-авивская мэрия ввела комендантский час.

Вадя бушевал. Было собрано специальное заседание Кнессета. В результате принято решение: в качестве жеста доброй воли преподнести представителям Палестинской автономии неизвестного примата по кличке Вадя для создания первого палестинского зоопарка. Мировое сообщество одобрило это решение и расценило его как значительный шаг в продвижении мирного процесса.

3. Шайтан

Когда Вадя услышал, что он станет экземпляром арабского зоопарка, он взревел. Уже никакие решетки не могли его удержать, он грыз чугун и издавал душераздирающие вопли. Но тут к нему в клетку ворвался израильский спецназ, 54 отборных коммандос скрутили невиданное животное и закинули в бронетранспортер. Как ни бился Вадя, он не смог пробить израильскую броню.

— Нет, — кричал он, изменив своим политическим взглядам и совершенно игнорируя борьбу за мир, — в любой зоопарк мира, но только не сюда! — но заревел мотор, и его уже никто не услышал.

Когда Вадю доставили по месту назначения, к люку бронетранспортера был подведен железный коридор. Люк открыли, одним прыжком Вадя выскочил на волю, словно гепард пронесся по коридору и… оказался в новой клетке. Дверь, напоминавшая нож гильотины, захлопнулась. Вадя завыл, но всем уже было не до него. Боевики ФАТХА схватили клетку с одной стороны, пытаясь утащить ее в Рамаллу, а боевики ХАМАСА вцепились в нее с другой и стали тянуть в сектор Газы. Они разрывали клетку на части, время от времени паля друг в друга из калашниковых. На смену павшим бойцам все время прибывали новые. В палестинской автономии проживало около четырех миллионов. Вадя понял, что ему не выжить. Он вжался в пол, так что пули автоматных очередей, которыми обменивались любители животных, свистели над его головой. Неистовое перетягивание клетки закончилось тем, что она была разорвана надвое и боевики разлетелись в разные стороны.

Вадя почувствовал свободу. Огромными скачками пронесся он по территории автономии. Как вихрь, как исчадие ада, как шайтан несся он, распугивая мирных феллахов. Счастливый, в приливе бешенной энергии Вадя проскочил весь Синайский полуостров и неожиданно для себя очутился в Каире.

Но оказалось, что средства современной связи быстрее, чем Вадин стремительный бег. В Каире его уже ждали. Здесь для него придумали лучшее узилище. Так как в Египте не знали, что за дикое животное представляет из себя Вадя, а из автономии передали, что к ним несется бешеный шайтан, то египтяне немедленно вырыли огромный котлован, а сверху возвели большой купол. Египетские инженеры не знали точную природу шайтана, но они исходили из того, что если он рыба, то нырнет не дальше дна, а если птица, то взлетит и удариться об купол. Вадю бросили в котлован. Нырнув, он убедился, что дно плотно зацементировано. Он оглядел потолок и понял, что купол укреплен не менее прочно. Наступила ночь, и Вадя, отчаявшись, завыл на луну.

А в это время египетские средства массовой информации по всему миру уже разнесли весть, что, наконец, пойман шайтан — рыба-птица-человек, который на самом деле оказался израильским шпионом. Газеты арабских стран, России и Северной Кореи вышли с заголовками «Просчет Моссада: птицерыб схвачен!». Таким образом, Вадя уже во второй раз оказался в почетной роли еврейского шпиона.

В общем, Моссаду опять надо было спасать Вадю. Честно говоря, он уже изрядно надоел израильской разведке. На совещании высших чинов израильских спецслужб долго обсуждался вопрос: «А может быть, ну его, этого Вадю!..»

Но в конце концов было принято решение — не оставлять рыбоптицу в руках врага. И в тот момент, когда арабские дети дрессировали Вадю, а он, словно дельфин, выпрыгивал из воды и на лету хватал корм, Моссад произвел одну из своих уникальных операций. Два дельтаплана, замаскированные под больших орлов, зависли над каирским зоопарком. Они взорвали купол, подняли Вадю верх и улетели в Израиль.

Долго еще египтяне вспоминали, как два летающих джинна разрушили свод пирамиды и унесли шайтана с собой.